П. Каныгин

Нарастающий дефицит традиционных и невозобновимых углеводородных энергоносителей на планете вызывает необходимость поиска их замены, важной для подстраховки на период перехода к новой, неуглеродной (малоуглеродной) энергетике будущего, технические контуры которой пока еще неясны. Такой заменой становятся альтернативные, возобновимые источники энергии (ВИЭ), к которым эксперты относят энергию ветра, Солнца, Мирового океана, геотермики, малых рек и биомассы.

На долю этих источников уже приходится примерно 13% мирового энергобаланса. Особый интерес к их освоению проявляет Евросоюз, где развитая экономика и комфортно живущее население соседствуют с крайне скудной и сокращающейся местной ископаемой энергетической базой. Поэтому Брюссель в директивном порядке предписывает к 2020 г. довести долю возобновляемых источников энергии в энергобалансе блока до 20%, и именно при их посредстве Евросоюз должен сделать первый шаг, с тем чтобы разорвать порочный круг возрастающего энергопотребления, разбухающего энергоимпорта. При этом имеются в виду, прежде всего, сокращение импортной энергетической зависимости от России и ОПЕК, а также цели борьбы с опасным потеплением климата Европы, на 80% обусловливаемым выбросами в атмосферу от ее энергетики, тогда как возобновляемые источники энергии гораздо более экологически нейтральны. Соответственно встает задача объективно разобраться с масштабами и перспективами освоения ВИЭ в ЕС и самим характером данной альтернативной энергетики.

Составные части альтернативы. Какого-либо общепринятого определения возобновляемых источников энергии пока нет, и в отдельных публикациях, в том числе официальных, речь скорее идет о различающемся наборе сил и продуктов природы и общества, способных производить энергию в коммерческих или бытовых масштабах. По методологии комиссии ЕС в их число может быть включена любая экзотика, если она может сыграть свою роль в достижении безопасности нашего энергоснабжения с учетом не только экономических факторов, но и соображений экологического и геополитического порядка.

Пока же в тематическом справочнике МЭА (методологии которого в целом следует также Евростат) содержится следующий перечень и характер этих источников: гидроэнергетические (кроме крупных ГЭС), преобразующие кинетическую энергию воды в электроэнергию; геотермальные, чья энергия конвективно поступает из земной коры в виде горячей воды, тепла или пара; энергия Солнца, улавливаемая через концентраторы света (гелиоприемники) для производства тепла и электроэнергии; энергия океана (приливная, волновая, течений и пр.), преобразуемая из кинетической в электрическую; энергия ветра, т. е. кинетическая энергия воздушных потоков, преобразуемая в электроэнергию; промышленные и коммунальные отходы (твердые, жидкие и газообразные) способные давать тепловую и электрическую энергию при своем сжигании, биологическом разложении или иных способах переработки; биомасса различного происхождения из отходов сельского и лесного хозяйства, быта, а также из специально культивируемых растений, перерабатываемая в тепло, электроэнергию или в биотопливо.

Таким образом, в возобновляемых источниках энергии просматриваются три поколения продуктов (процессов): исторически давно известные (энергия биомассы, ветра, гидро - и геотермальная энергия), хотя и воспроизводимые ныне на новой технической базе; относительно новые (гелиоэнергетика, промышленные и бытовые отходы); принципиально новые (энергия океана, а в перспективе - водород и термояд). И если первые две группы являются смесью углеводородных и неуглеводородных источников, то третья - уже "декарбонизированной".

При таком многообразии статистика этих источников малонадежна и противоречива. В частности, в нее, как правило, не попадает часть биомассы, используемой в домашних хозяйствах. Промышленные и бытовые отходы учитываются в одних странах целиком, тогда как в других - только в своей биоразлагаемой части. Крайне трудно бывает учесть использование энергии Солнца, многие страны не включают в число возобновимых атомную энергию, равно как включают или не включают водород. Само понятие "возобновляемые источники энергии" является пока собирательным и подвижным, а статистика занижает реальные объемы их использования.

Следует осторожно подходить к показателям использования некоторых из этих источников в современной энергетике, не превознося их абсолютные и относительные значения. Развивающиеся страны вполне естественно превосходят развитые по использованию в хозяйстве биомассы. Например, в Африке она дает до половины энергии, в ЕС - вдесятеро меньшую долю, что не означает прогресса этого континента в энергетике. Северные государства располагают меньшим потенциалом гелиоэнергетики, чем южные и экваториальные (в рамках ЕС этот разрыв между Скандинавией и Средиземноморьем около 20%), горные и прибрежные - большим потенциалом ветровой энергии, чем равнинные и внутриконтинентальные. Строго локализированными остаются и геотермальные источники. Поэтому и оценка отдельных стран в освоении возобновляемых источников энергии должна быть историчной, конкретной.

Данные источники своеобразны и как товары. Каждый из них имеет свою потребительную стоимость, но сложнее обстоит с образованием меновой. Многие из них представляют собой различные физические субстанции, в том числе не имеющие (ветер, солнечный свет, вода рек и океана) ценовой оценки или рыночных условий производства (отходы) и использования (быт). В процессе обмена поступают, как правило, не они сами, а извлекаемая из них энергия. В то же время при различиях в условиях использования в их цену может входить дифференциальная рента, при привязке такой альтернативной энергетики к земле (ветропарки, термопарки, площадки гелиоприемников, леса, сельхозугодья для производства сырья для биотоплива и т. д.) - абсолютная, а при использовании передовых технических приемов - и технологическая. За освоением этих источников в Евросоюзе стоит государство, искажающее их рыночную стоимость своим финансовым и административным вмешательством, политической волей стимулировать их использование.