М. Е. МАМОНОВ, эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования [ЦМАКП]

Российский банковский сектор устойчиво находится в состоянии монополистической конкуренции. При этом ее уровень имеет повышательный тренд во времени, и даже кризис не смог окончательно переломить его. Об этом свидетельствует динамика построенного ежеквартального индикатора конкуренции. Выявлено, что этот индикатор, с одной стороны, находится под существенным воздействием процессов концентрации и экспансии иностранных банков на российский рынок банковских услуг. С другой стороны, он в значительной мере определяет уровень стабильности российского банковского сектора.

К основным факторам, определяющим уровень конкуренции в банковских секторах развивающихся стран, в том числе и в России, следует отнести степень их концентрации и интенсивность проникновения в них иностранных банков [1]. При этом, как показывает международный опыт исследований в области анализа банковской конкуренции, ее не стоит отождествлять с концентрацией [2], [3].

Чем более концентрированным, ориентированным на преимущества крупных федеральных банков является банковский сектор, тем сложнее даже достаточно успешным региональным банкам перешагнуть за пределы своего региона, а устойчивым средним и мелким банкам - находить новых качественных клиентов. Такая ситуация обычно ведет к ослаблению общего конкурентного уровня. В то же время чем интенсивнее на внутреннем банковском рынке происходит процесс образования дочерних банков нерезидентов, ориентированных не на проведение офшорных операций российских собственников, а на развитие корпоративного и розничного бизнеса внутри страны (при поддержке устойчивой материнской компании), тем выше становится качество предоставляемых банковских услуг и, соответственно, конкурентный уровень. Другими словами, иностранные банки задают планку по качеству, а национальные банки, которые не хотят проиграть им в конкурентной борьбе, к этой планке постепенно подтягиваются.

Если обратиться к анализу конкуренции в новейшей истории российского банковского сектора - к периоду 2004-2010 гг., то несложно обнаружить подтверждения этим двум предположениям.

Во-первых, процесс экспансии иностранных банков был весьма интенсивен: доля кредитных организаций со 100%-ным иностранным участием в капитале выросла с 5, 4% на начало 2004 г. до 15, 4 - на конец 2009 г. Объяснений этому феномену достаточно много: низкий уровень проникновения банковских услуг в России по сравнению, например, со странами ЦВЕ; нереализованный потенциал извлечения прибыли от банковских операций на фоне экономического роста в России и пр. Однако можно заметить, что многие из дочерних банков нерезидентов изначально видели свою нишу и свое конкурентное преимущество в продвижении стратегий типа "лицом к клиенту" (более высокий, европейский стандарт обслуживания клиентов, чем у национальных банков в то время). Они (Райффайзенбанк, Юникредит банк, Абсолют банк и многие другие) успешно это реализуют до сих пор, внося значительный вклад в повышение общего конкурентного уровня. Кроме того, некоторые из них (Дойче банк и др.) стали специализироваться на обслуживании растущего объема внешнеторгового оборота России со странами своих материнских компаний, что также является значимым конкурентным преимуществом таких дочерних компаний по сравнению с российскими банками.

Во-вторых, существенно менялся уровень концентрации в банковском секторе. Так, до кризиса на фоне устойчивого роста экономики, несмотря на последовательное снижение количества кредитных организаций, доля трех первых банков в активах сектора неуклонно сокращалась: с 39, 7% на начало 2003 г. до 36, 9 на конец III квартала 2008 г. Однако кризис обострил накопившиеся в банковском секторе дисбалансы и привел к существенному увеличению концентрации: доля тех же банков выросла до 41, 9% к концу 2009 г. Во многом это объясняется неравенством в доступе крупных и мелких банков к рефинансированию Банка России и субординированным кредитам ВЭБа. Во время кризиса 90% их суммарного объема было распределено между теми же тремя крупнейшими банками страны - Сбербанком, ВТБ и Газпромбанком. Многие эксперты указывали на то, что такая ситуация с распределением ресурсов Банка России существенно ослабляла конкуренцию в банковском секторе в последние полтора-два года.

Таким образом, усиление экспансии иностранных банков и повышение волатильности концентрации в банковской среде повышают актуальность вопроса о влиянии этих двух процессов на уровень конкуренции в российском банковском секторе, особенно на ценовую конкуренцию. Возникает и другой вопрос: можно ли построить такой динамический индикатор уровня конкуренции в российском банковском секторе, который отражал бы рост конкуренции вплоть до конца 2008 г., ее относительный спад с начала 2009 г. и находился бы под существенным влиянием факторов концентрированности сектора и проникновения в него иностранцев? Для ответа на вопрос потребовалось произвести систематизацию существующих в международной практике техник и методик оценивания конкуренции в банковских секторах

Существуют два мейнстримовых направления в технике косвенного оценивания уровня конкуренции в банковском секторе. Исторически первым в 1930-х гг. получил развитие структурный метод: парадигма Мэйсона, в рамках которого вычисляются различные индексы концентрации (Герфиндаля - Хиршамана и др.). Этот метод доминировал до 1980-х гг. Со временем становилось все более очевидным, что аппроксимации уровня конкуренции индексами концентрации в банковских секторах как развивающихся, так и развитых стран часто дают ложные или как минимум весьма спорные результаты.

В связи с этим стали развиваться так называемые неструктурные методы оценки конкуренции, среди которых выделились два блока. Первый основан на работе Панзара и Росса [4]. Предложенный ими метод позволяет оценивать конкуренцию в банковском секторе в целом. Второй блок представлен работами, которые предлагают оценить конкуренцию на отдельных рынках банковских услуг.