О.С. СУХАРЕВ, доктор экономических наук, профессор, Институт экономики РАН

Сегодня довольно много высказывается предложений относительно того, как развиваться России и какие рецепты преодоления кризиса необходимы. Однако многие экономисты поверхностно анализируют факторы современного общества и хотя их умозрительные конструкции имеют широкое распространение, предлагаемые ими рецепты далеки от жизни либо не учитывают масштаб и содержание современного кризиса.

Так, представляется, что идея относительно рефинансирования коммерческих банков посредством скупки векселей(1. Такой подход отстаивал проф. С.Ю. Глазьев.) промышленных предприятий, заимствованная из опыта послевоенной Германии, не способна привести к снижению процента, выравниванию рентабельностей между секторами промышленности, но способна породить новый "пузырь" с ценными бумагами, в данном случае с векселями. В любом случае она представляется более громоздкой, нежели метод "процентного" портфеля(2. Сухарев О.С. К новой модели управления структурными изменениями в России на основе теории "процентного" портфеля//Инвестиции в России, 2009, N 4. - С. 34-36.), призванный снизить рентабельность банковско-финансовых трансакций и сырьевого сектора и повысить обеспеченность денежными средствами производственных секторов под конкретные продуктовые решения для внутреннего рынка.

Эволюция промышленного и финансового секторов России в 90-е и в начале 2000-х годов обнаружила асинхронность их динамики. Банковский сектор, фондовые рынки не только прошли стадию своего становления, но и существенно нарастили активы, приобрели устойчивость, обеспечили относительно высокую скорость оборачиваемости капитала. Одновременно реальный сектор испытывал деградацию, в том числе и по причине отсутствия оборотных средств, должного кредитования и неразвитости необходимых организационных форм взаимодействия с банковским сектором. Таким образом, наблюдался явный структурный перекос в развитии российского хозяйства, вызванный тем, что производительная деятельность стала приносить более высокие риски при относительно низкой доходности, а трансакционная - больший доход при относительно меньших рисках. Банковский сектор и финансовые рынки были замкнуты сами на себя, и обслуживание сырьевого экспорта приобрело значительный вес в экономике, а производственные сектора испытали серьезное сокращение. Данная структурная деформация российской экономики привела к укреплению торгашеско-сырьевого и финансового видов деятельности. Вместе с тем возникла необходимость выправления возникшего структурного перекоса, необоснованного возвышения одних секторов над другими. Указанная необходимость обусловлена тем, что России требуется восстановить конкурентоспособность на внутреннем и внешних рынках в области техники и технологий.

Возникший осенью 2008 г. мировой финансовый кризис, являясь кризисом экономическим, стал отражением названного структурного перекоса, только в масштабах мировой экономической системы. Потребности в покупке товаров не исчезли, задачи в области энергетики, приборостроения, медицины и машиностроения по сей день остаются актуальными и требуют своего решения. В мире возник эффект "схлопывания" ликвидности именно в силу того, что имелся фундаментальный перекос в развитии финансового (банковского) и реального секторов. Возник этот эффект в силу отрыва финансового сектора от реального и сказался на обеспеченности реальных секторов деньгами. Сокращение денежного обеспечения выливается в сокращение объемов выпуска и рост безработицы. Тем самым стала острой проблема "возобновления" финансов, если конкретнее, адекватного соответствия оборачиваемой денежной массы и ликвидных средств созданию массы продуктов и услуг в экономике. Оказалось, что совершенно не просто решить эту проблему при наблюдаемой межсекторной разнице в развитии и закрепляющей ее системе сложившихся финансовых институтов и правил организации работы банков. Динамика взаимодействия указанных секторов демонстрирует наличие эффекта "невозобновления" (или "исчезновения") финансов, при котором потребности никуда не исчезли, а финансирования реализации этих потребностей просто нет, иными словами, финансы как будто куда-то исчезли.

Политика сдерживания инфляции "оправдала себя" - повысилась безработица, было свернуто наукоемкое производство. При этом заработанный российской экономикой продукт выводился в другие экономические системы, фактически изымался из отечественной экономики в виде наращенной денежной массы (стабилизационного фонда). Эти деньги были созданы российской экономикой и ныне живущими гражданами. Именно граждане страны должны были бы решать, сколько им сберегать, откладывать ли для будущих поколений эти средства в принципе? Однако этот вопрос даже не выносился на обсуждение. А ведь эти сбережения могут и должны использоваться на решение внутренних экономических задач, в частности, строительство дорог, эстакад, аэропортов, электростанций, атомных станций, развитие фотоэлектроники и т.д. Последний проект можно было бы сделать государственным, долгосрочным проектом и вложить деньги стабилизационного фонда России как долгосрочный государственный кредит, который обязательно даст отдачу и пополнит казну будущих поколений. Тем самым государство обеспечило бы создание новых технологических возможностей будущего, освоение нового вида энергии с широчайшими технологическими перспективами освоения и разработки новых видов техники и технологий. Чем такое решение экономически хуже вложения в зарубежные иностранные ценные бумаги сомнительной доходности?

Представленные на приведенных графиках данные позволяют сформулировать следующие заключения:
1. Структурные сдвиги происходили стихийно, неуправляемо, причем важным обстоятельством выступает то, что эти изменения происходили в ущерб структуре промышленного производства и в пользу укрепления позиций в экономике финансового сектора.

2. Совокупный индекс структурного сдвига по секторам экономики в ВВП по продукту наглядно отражает отсутствие ощутимых сдвигов в межсекторной структуре за период 1996-2008 гг. (.

3. Масса структурного сдвига для финансового сектора всегда положительна, при статичной базе с 2001 г. и постоянно возрастает на протяжении восьми лет. Промышленность при этом развивалась по модели "шараханья", что отражает масса структурного сдвига. Масса структурного сдвига в финансовом и добывающем секторах превосходит по значению массу структурного сдвига в промышленности (статичная база) и в целом демонстрирует рост. Относительно сельского хозяйства мы имеем прямую деградацию этого сектора в общей хозяйственной структуре (.

В оценке структурных сдвигов в промышленных секторах по занятости наблюдается также интересная закономерность закрепления сырьевых и отсталых в производственном отношении структур. В частности, масса структурного сдвига положительна в секторе добычи полезных ископаемых, а в секторе производства приборов и оборудования - отрицательна. Эффективность сдвигов в промышленных секторах либо близка к нулю, либо отрицательна, в финансовом и добывающих секторах - положительна и довольно высока.

Следует отметить, что процентная ставка в России устойчиво превосходила рентабельность промышленности производства (иногда в 1, 5-2 и более раз), то же относится к рентабельности банковского сектора по капиталу, которая превосходила в два-три раза рентабельность производства и НИОКР. К тому же процент в России на протяжении 2000-2008 гг. оставался в три-пять раз выше процента, устанавливаемого Федеральной резервной системой в США (ФРС) и Европейским банком. Это способствовало росту частного внешнего долга корпоративного и банковского секторов России, что являлось дополнительным бременем на функционирование производственных систем.

Таким образом, проведенные оценочные расчеты и анализ полученных данных подтверждают, что в России по существу не решалась задача проектирования и управления экономической структурой. Системность экономики была нарушена, и хозяйственные пропорции формировались под воздействием стохастических, в том числе и внешних факторов, при этом сложившаяся структура четко отражает доминирование финансово-трансакционных и сырьевых секторов над промышленным сектором и сельским хозяйством. За рассматриваемый период происходило становление и развитие финансовой и банковской систем, что обеспечило существенное превышение рентабельности капитала банковского сектора над рентабельностью реальных секторов экономики и ставки рефинансирования.

Задача структурной политики должна состоять в том, чтобы выправить этот центральный перекос, сложившийся в" российской экономике в части изменения соотношения между процентом, рентабельностью и риском в секторах хозяйственной деятельности.